Местное самоуправление в Казахстане: традиции, проблемы и вызовы времени

User Rating: / 18
PoorBest 
There are no translations available.

 

С.Л. Мидельский

г. Павлодар, Республика Казахстан,

Региональная Академия Менеджмента

Местное самоуправление в Казахстане:

ТРАДИЦИИ, проблемы и вызовы времени

История местного самоуправления на казахстанской земле насчитывает много столетий.

Его основы зародились в эпоху возникнове­ния родовых и племенных общин, когда складывался кочевой уклад жизни. Родовые старшины и племенные вожди выбирались на курултаях и сходах кочевников. Они наделялись полномочиями разбирать споры, формировать и командовать подразделениями воинов. При этом родовые общины обладали широкой автономией и значительным весом [1].

С возникновением в 1465 году на развалинах Золотой Орды Казахского ханства традиции степной демократии получили свое дальнейшее развитие. Впоследствии, при хане Тауке (1680 — 1718) они были юридически закреплены в знаменитом своде законов «Жеты Жаргы» («Семь правил», «Семь установлений») [2], что стало логическим развитием государственных реформ Тауке хана, направленных на достижение баланса всех ветвей власти: исполнительной (в лице султанов), представительной (советов – кенесов и народных собраний - курултаев) и судебной (биев – судей). «Жеты Жаргы» четко делили все сферы компетенции различных общественных и государственных институтов.

Именно Тауке хан создал ханский совет и совет биев в противовес наследственной аристократии, которая стремилась к фактической «приватизации» ими всей полноты власти. Советы биев превратились в важный государственный орган, осуществляющий прямые и обратные связи в системе властных отношений.

Но даже после распада в 1718 году Казахского ханства и поэтапного вхождения населенных казахами территорий в состав Российской империи насущные проблемы жизнеобеспечения населения требовали сохранить элементы самоуправления в виде выборов из представителей знати ага-султанов (старших султанов) окружных приказов и управителей областей, аульных старшин, а также судов биев с ограниченной юрисдикцией. С целью решения некоторых местных вопросов разрешались аульные и волостные сходы [3]. Степное самоуправление сформировало именно демократический тип политической культуры, нашедший позднее свое яркое отражение в программных документах «Алаш-Орды».

Большевистский переворот 1917 года прервал развитие демократиче­ских традиций. Коммунистический режим не нуждался в помощниках и не позволял даже видимости самостоятельности «национальных окраин». Конституции Казахской ССР, как и других советских республик, не допускали наличия местного самоуправления. Тоталитарное государство, жестко регла­ментировавшее общественно-политическую жизнь, не могло допустить разделения властных полномочий и функций с негосударственными институтами, каковыми по своей природе являются органы местного самоуправления.

В условиях огосударствления собственности и однопартийной идеоло­гии почти не оставалось возможностей для сколько-нибудь автономной роли местной власти и самодеятельности населения. Даже сами Советы так и не стали реальной представительной властью.

Лишь обретение в 1991 году Казахстаном суверенитета и государственной независимости открыло путь долгому, сложному и противоречивому процессу восстановления системы местного самоуправления на казахской земле. Одним из последних крупных шагов в данном направлении стала утвержденная Указом Президента РК № 438 от 28 ноября 2012 года Концепция развития местного самоуправления в РК (далее – Концепция), определяющая основные этапы и направления развития местного самоуправления в Казахстане [4].

Рассматривая первые результаты и перспективы местного самоуправления, необходимо с самого начала определить четыре группы проблем [5]:

1. Финансовая и ресурсная самостоятельность местного самоуправления. Согласно принятой Концепции, уже на первом этапе ее реализации планируется предоставление акимам (главам местных администраций) аулов, сел и городов районного значения права изыскивать дополнительные источники средств для местных бюджетов в виде доходов от оказания платных услуг, целевых и добровольных сборов, сборов за торговлю в специально отведенных местах, штрафов за нарушение правил благоустройства и т.д. Эти статьи составляют абсолютно ничтожную долю в структуре доходов государства, но работа с ними уже может потребовать придания законодательного статуса бюджетам органов местного самоуправления и внесения соответствующих изменений в Бюджетный кодекс. И это при том, что формально вопросы формирования бюджетов самоуправления отнесены на второй, более отдаленный во времени этап реализации Концепции.

При этом нетрудно спрогнозировать существенные риски, возникающие при выработке баланса между доступными органам местного самоуправления финансовыми средствами, объемом делегируемой им ответственности и размерами их реальных властных полномочий.

Второй существенной группой рисков является неравномерность развития территорий. Если районы с развитым сельским хозяйством, действующими местными промыслами, богатые природными ресурсами, привлекательные туристскими достопримечательностями или санаторно-курортными возможностями, несомненно, быстро выиграют от введения подлинного местного самоуправления, то малонаселенные районы с суровым пустынным или полупустынным климатом, без серьезных компенсаторных мер, несомненно, в краткосрочной перспективе проиграют.

2. Компетенция и ответственность местного самоуправления. Указанные в Концепции инициативы по созданию общественных структур охватывают вопросы обеспечения общественного порядка и безопасности граждан, функционирования жилищно-коммунального хозяйства и санитарного состояния в населенных пунктах. Как и в настоящее время, без реального общественного контроля остаются объекты здравоохранения и образования на местах. Включение их, а в особенности - пунктов оказания первичной медико-санитарной помощи, детских дошкольных учреждений и начальных школ в сферу компетенции местного самоуправления могло бы оказать влияние на уровень коррупции и способствовать улучшению кадрового состава в этих социально значимых отраслях - крупных объектах государственного финансирования. Необходимо также максимально усилить компетенции органов местного самоуправления функциями поддержки местного предпринимательства.

Существенные же риски при реализации Концепции будут находиться в разграничении властных полномочий между областными, районными и местными органами власти. Верхние уровни власти будут заинтересованы в максимальной концентрации организационно-распорядительных, разрешительных и контролирующих функций (и связанных с ними материально-финансовых ресурсов) на своем уровне, в то время как нижние уровни самоуправления будут нуждаться в большем количестве полномочий для оперативного управления на местах. Можно предположить, что в первую очередь это коснется земельных вопросов и вопросов распределения субвенций в регионах.

3. Выборность органов местного самоуправления. Эффективный и прозрачный механизм выборности органов местного самоуправления является, несомненно, краеугольным камнем всей Концепции. Этот аспект является точкой пересечения многих факторов, требуя тонкой настройки для каждого отдельного региона, в зависимости от его демографических, экономических и социальных характеристик.

Основными рисками здесь, скорее всего, являются кадровый вопрос и вопрос глубокой зависимости избирательного процесса в РК от исполнительной власти. Одними из наиболее часто встречающихся рекомендаций по преодолению этих проблем являются частая ротация назначаемых местных руководителей и активная информационная работа по популяризации идей местного самоуправления среди населения, информирования о роли населения в создании и надзоре за системой самоуправления. По всей видимости, в дополнение к ним необходимо также законодательное определение четких минимальных требований к кандидатурам, предлагаемым районным руководством к избранию акимами, а также проработка вопросов создания и квалификационной подготовки местных кадровых резервов. Существенным подспорьем станет грамотная и нешаблонная популяризация в СМИ реальных «историй успеха» самоуправляемых местных сообществ, призванная преодолеть доминирующую общественную пассивность и неверие населения в возможность что-либо изменить своими силами.

4. Подотчетность и оценка эффективности органов самоуправления. Система оценки работы органов местного самоуправления, по мнению экспертов, должна быть замкнута как на местные представительные органы, так и непосредственно на население. Помимо законодательно закрепленной процедуры отчетности органов местного самоуправления перед районными маслихатами (местными представительными органами) необходимо усилить процедуру их оценки непосредственно избирателями региона. Это могло бы осуществляться, к примеру, через введение системы рейтингов местных руководителей. Рейтинги должны формироваться на основе равного доступа избирателей к оценке деятельности руководителей, например, посредством проведения ежегодных опросов населения в рамках годовых планов работ районных или городских маслихатов.

Существенным требованием может явиться разработка механизмов, обеспечивающих прозрачность деятельности местных органов власти. Например, свободное участие граждан, представителей общественных организаций и представителей СМИ в заседаниях районных и местных акиматов (администраций), разработка механизмов информирования местного населения о проводимых заседаниях, их повестке и ознакомления заинтересованных лиц с принятыми на них решениями. И конечно, в случае законодательной формализации вопросов местного бюджетирования необходимы механизмы, которые бы устанавливали прозрачность параметров местных бюджетов и бюджетных программ, мониторинг и подотчетность исполнения бюджетов органами самоуправления перед местным населением (по крайней мере – перед активной и заинтересованной его частью).

В заключение необходимо отметить, что успешность реформирования системы самоуправления в Казахстане зависит от того, насколько комплексно будут проработаны все вышеуказанные аспекты в совокупности. В случае недостаточной проработки хотя бы одного из этих аспектов, развитие самоуправления на местах будет остановлено либо приведет к нежелательным результатам.

Конечно, двигателем реформирования системы самоуправления не может служить исполнительная власть, которая будет заинтересована в делегировании наиболее трудоемких и затратных компетенций на нижние уровни, максимально удерживая при себе властные рычаги, полномочия и ресурсы.

Основной движущей силой развития самоуправления может стать та часть местного населения, которая в полной мере осознает новые возможности и личную ответственность за собственное будущее.

Определенная часть населения Казахстана все еще видит будущее в прошлом, в жестком патронировании государством всех сфер жизни человека – от рабочего места до уклада семейной жизни. Многие люди просто не привыкли к ответственности гражданина за свою собственную судьбу. Это серьезная социальная болезнь, преодоление которой займет достаточно длительное время, и неизбежно будет сопровождаться крайне болезненной процедурой отказа от привычек, традиций и стереотипов. Можно приветствовать принятие новых законов, программ и норм, но не стоит забывать того обстоятельства, что все эти новации должны претворять конкретные люди. А социологические исследования говорят о том, что значительная часть населения все еще предпочитает пассивно наблюдать [6].

Следует согласиться с мнением ряда казахстанских ученых, в частности А.К. Бисембаева, считающего, что «отсутствие практического опыта самоорганизации и свободной реализации инициативы, а также психологической раскрепощенности населения является серьезным препятствием на пути развития местного самоуправления. Местное самоуправление в своем развитии должно опираться на институты гражданского общества, систему форм и методов гражданского участия» [7].

Список использованной литературы:

1. Жумадилова А. «Сущность и природа местного самоуправления в Республике Казахстан» // Правовая реформа в Казахстане. № 3, 2003.

2. Кляшторный С. Г., Султанов Т.И. Казахстан. Летопись трёх тысячелетий. СПб., 1992.

3. Мидельский С.Л. Становление местного самоуправления в Казахстане и мировой опыт. Павлодар: Павлодарский региональный центр переподготовки и повышения квалификации государственных служащих акимата Павлодарской области, 2007.

4. Указ Президента РК «Об утверждении Концепции развития местного самоуправления в Республике Казахстан» от 28 ноября 2012 года № 438.

5. Мусабеков Т. О концепции развития местного самоуправления в Республике Казахстан. Агентство по исследованию рентабельности инвестиций, Астана, 2013.

6. Мидельский С.Л. Становление местного самоуправления в Казахстане на современном этапе. Материалы международной научно-практической конференции «Образование и наука в условиях социальной модернизации казахстанского общества» 3-4 апреля 2013 г., Тараз, ТИГУ, 2013.

7. Бисенбаев А.К. Становление местного самоуправления и мен­тальность населения Казахстана // О местном самоуправлении: реалии, проблемы, перспективы. Информационно-аналитический бюллетень № 4, Астана, 2000.

 

Наши партнеры:

European Scientific Foundation Institute of Innovation

(Wloclawek, Poland)

Europejska Fundacja Naukowa Instytut Innowacji

(Włocławek, Polska)

 

Regional Center for European Integration (Wloclawek, Poland)

Regionalne Centrum Integracji Europejskiej

(Włocławek, Polska)

http://rcie.pl

 

National Institute of Economic Research (Batumi, Georgia)

Национальный институт экономических исследований

(Батуми, Грузия)

http://nier.ge

 

Batumi Navigation Teaching University

(Batumi, Georgia)

Батумский Университет Навигации

(Батуми, Грузия)

http://bntu.edu.ge/

 

Sokhumi State University (Tbilisi, Georgia)

Сухумский государственный университет

(Тбилиси, Грузия)

http://sou.edu.ge


Ukrainian Assembly of Doctors of Sciences in Public Administration

(Kyiv, Ukraine)

Всеукраїнська Асамблея Докторів Наук з Державного Управління

(Київ, Україна)

http://vadnd.org.ua

 

East European Institute (Izhevsk, Russia)

Восточно-Европейский институт (Ижевск, Россия)

www.mveu.ru

создание сайта Раскрутка сайта, топ 10

Региональная Академия Менеджмента © 2019.